Я уже лет семь увлекаюсь игрой Го. Стал обучать игре сына. Вроде получается. Но хочу Вас спросить: я христианин, и мне известно, что эта игра имеет непосредственное отношение к даосизму. Го переводится как Путь, и Дао также переводится как Путь. Каково отношение наших православных Отцов Церкви к даосизму? Можно ли мне обучать моего сына? В принципе, игра плохому не учит, наоборот, учит балансу; учит своих соединять, а чужих разделять; строить прочые надёжные формы; воспитыват бесстрастие и гибкость в составлени планов.

Вячеслав

Отвечает иеродиакон Савва:
Вот слова одного из мастеров игры Го: «Го — это НЕ игра. Го — это сложнейшая духовная практика, сравнимая с медитацией или поиском истины». С таким подходом к игре нужно быть очень осторожным. Приписывание духовных глубин настольной игре может оказаться губительным, если игроку будет казаться, что духовность игры Го и есть духовность высшая, или по крайней мере не низшая всех остальных. Игра для человека может заместить Христа. Пока игра воспринимается как средство воспитания сообразительности, образного мышления, твердости и т.д. — до тех пор она является позитивом. Как только игра начинает формировать мировоззрение человека, формирует его духовность и становится главным источником духовности — тогда эта игра уже пагубна. Также вспомните слова апостола: «Все мне позволительно, но не все полезно; все мне позволительно, но ничто не должно обладать мною». (1 Кор. 6, 12). В этих словах и заключен ответ на Ваш вопрос. Пока игра не стала Вашей страстью, не стала обладать Вами, пока она не претендует стать выше Христа и Церкви — можно играть. Найти границу, где интересное времяпровождение перерастает в страсть, а воспитание характера — в построение нехристианской духовности, Вам предстоит самому, с опорой на свою совесть.